Человек в человеке

Время от времени у меня с моей коллегой происходят животрепещущие беседы на тему отношений с противоположным полом. И так как, коллега является состоявшейся женщиной с ребёнком, да ещё и в ожидании пополнения, то всё из её уст звучит просто и гладко. Конечно, её семья в серьёзной степени обычная, и никоим образом не лишена бытовых и не только проблем. Тем не менее, в некотором смысле она исключение подтверждающее правило.

У нас никогда не было особых разногласий, я никогда не был склонен драматизировать ни свою ни какую-то абстрактную жизненную ситуацию. Но по какой-то, может быть даже, объективной причине, тема отношений всегда на повестке дня, и никого из нас это не беспокоит. Трудно сказать, какой именно толк коллективно недоумевать о нынешнем поколении, зато это рождает множество сплетений шуток и воспоминаний.

Перед тем, как я расчленю и сожгу этот блог, а ведь было бы не культурно сделать это молча, у меня в голове застряли несколько банальных до смешного мыслей. В целом, мне стало интересно, кто же всё таки лишает девушек девственности? Я даже не спрашиваю зачем, и что происходит с этими счастливчиками дальше. Просто в какой-то момент всё свелось вот к такому вопросу.

И на самом деле. Взять меня. А ведь у меня даже мысли в голове никогда не проскакивало, что я мог бы вдруг встретить девственницу старше, скажем, 20. Я вот такого не допускаю, что теоретически, да и фактически позволяет иметь всем девушкам какое-угодно прошлое. Быть может это то, к чему все стремились, но одновременно тот ёбанный стыд которого добились.

По сути, я никогда об этом не думал, и совсем не против секса до брака. Я со своими глубокими чувствами сам скорее странное исключение, и едва ли стоит их примерять на реальность, чтобы лишний раз не получить ампутацию веры в человечность. Но факт остаётся фактом, кто-то лишает девушек девственности, и они ошибочно считают себя женщинами, хотя это уже не суть.

Наблюдая за ходом современных тенденций, становиться ясно, что девушки предполагают некий огромный выбор возможностей и потенциальных мужей. По всей видимости, они не стремятся конкретизировать их количество, однако принимают решения всегда исходя из наличия некоего запасного варианта.

В частности, грубят, хамят, предъявляют претензии (устраивают истерики), устраивают испытания (провоцируют), унижают, изменяют (флиртуют), и всё в таком же направлении исходя из той простой мысли, что завтра найдётся тот, кто не будет знать их прошлого и как ни в чём ни бывало будет приносить дары к ногам вечно молодой самой красивой и единственной в мире.

Но если подумать, какова выборка таких кандидатов на "счастье" на самом деле? Или после скольких таких счастливчиков наступит деградация личности? Я вполне уверен, что ошибочно полагать, что деградация изначально заложена во всех или отдельных людей. Мысль вроде "все женщины шлюхи" мне совсем не импонирует. Фактор соблазна на искушение есть в каждом, но ему есть вполне достойные оппоненты, в особенности если речь идёт о хоть сколько-то здоровом обществе и воспитании.

Жестокая правда в том, что каких-либо близких людей в жизни любого человека совсем не так много, как хотелось бы барышням, считающих свою пизду заслуженным подарком судьбы. А главное чем их больше, то степень возможной глубины их проникновения снижается по жёстко заданной формуле. Мысль, надо сказать, и невесёлая и банальная. Я предупреждал.

Не скажу, что мне как-то особо интересно было бы вывести эту формулу. Хотя я на собственной шкуре почувствовал насколько сложно сблизиться по настоящему с человеком, у которого ты не первый. Сначала он считает тебя неким вариантом, а потом сумасшедшим, такая вот награда за преданность. Будто бы быть сумасшедшим легко и приятно, или выгодно, или это что-то сулит.

Сумасшедший ли я только потому, что не хочу разменивать мелочью свою жизнь. Сумасшедший ли я, что игнорирую чужие правила поведения. Честно говоря, все эти попытки людей выгадать выглядят крайне глупыми, и только поэтому я бы уже не стал так поступать. Глупо считать себя сильным пользуясь случаем, или полагаясь на него. Впрочем, это совсем другая тема.

Мыслей в моей голове совсем не убыло. И безусловно, продолжу писать, но похоже совсем в другой манере, да и месте другом. Там я буду весел и откровенен. Там я применю свои таланты, которые мне подарили эти добрые люди. Там вдохну я жизнь.

Гроза, последняя гроза

Я всегда представлял год в голове как несколько месяцев расставленных в календаре в виде зеркально отражённой буквы «Г». Сверху в ряд шли месяцы до мая, а начиная с июня начиналось падение до декабря. Едва ли стоит искать в этом особый смысл, кроме того, что лето всегда было долгожданной порой, после которого начиналось разочарование сначала в лете, а далее в каждом последующем месяце деструкции всей и без этого бедной местной красоты. Единственной отдушиной были несколько поистине красочных осенних дней, которые были и в этом, уходящем году.

Говоря о конкретно этих практически завершивших свой путь 12 месяцев, можно без сомнений быть уверенным, что всё это было не зря. И дело даже не в том, что я фактически написал книгу на страницах этого блога. Как раз эта книга мне совсем не интересна. Пройдя этот, надо сказать, совсем не короткий путь, я был полностью воссоздан силами искренних чувств, казавшимися такими никчёмными и беспомощными. И у меня даже не было предположений, что я окажусь в силах осуществлять фактически сверхчеловеческие задачи.

А факты в том, что в начале года, я обнаружил себя полнейшим банкротом во всех допустимых смыслах. Устроившись на работу прошлым летом, я был уверен, что наверстал годы и годы бессмысленного одиночества и самопоедания, и без задней мысли уже называл свою девушку женой. Однако, на самом деле, думаю это лишь отсрочило коллапс. Не надо быть великим мыслителем, чтобы распознать игру. Единственная причина, почему я не давал хода сомнениям, это лишь мысль о невероятности. И я до сих пор считаю произошедшее крайне невероятным, однако, в то же время оказавшимся достаточным для того, чтобы сделать из разбитого обманом человека меня сегодняшнего.

Причины коллапса были комплексными, поэтому он произошёл не стразу, но по гиперболе стремительно. И причины эти начинались с моего желания. И как внимательный читатель уже знает, все мои желания подлежат исполнению. Суть этого желания была в том, что меня крайне удивляло равнодушие моей девушки к моему творчеству. Она с упоением читала различных авторов и слушала не самые прокисшие мелодии, но до моих талантов у ней не было переживаний. Ей было достаточно было знать, что они у меня есть, ну и как бы ОК. И среди прочих дней, был вечер, когда однажды глядя ей в спину, я лежал на разложенной кушетке и думал, дорогая, это так несправедливо, что ты меня ещё совсем не знаешь.

С глупыми людьми всегда не просто. Они склонны мнить, что у них хорошо получается, а ты подыгрываешь им из жалости. И вот я уже молча наблюдаю на малодушие человека, который назвался режиссёром, чтобы любыми правдами и неправдами избежать одиночества, обеспеченное ему своим невежеством ещё за долго до того, как он стал инвалидом. Я вижу, как он избегает знакомства со мной, распушая хвост перед моей девушкой. Я вижу, как ему наплевать, кто я для неё. Я вижу, как он крадёт нашу личную жизнь, чтобы вытянуть из неё хоть что-то живое в нечто, что пытается выдавать за своё творчество перед всем мировым сообществом.

С кем поведёшься того и наберёшься. Эту поговорку я пересочинил тем, что однажды обнаружил свою девушку инвалидом, который словно после перенесённой лоботомии превратился в абсолютного зобми, выполняющее волю великого отца всех мучеников. И при всём пережитом, крайне вам не рекомендую принимать участие в состязании по жалости с инвалидом, когда в судьях сидит специалист по страданиям. И хотя я помню, как нечто в обличии похожем на мою девушку сказало «не отпускай меня», было ясно, что решения принимаю уже не я. Не знаю, о какой справедливости оно думало, опуская меня в связанным на дно ущелья, но факт оставался фактом, оно действительно полагало, что это был честный рыцарский поединок за сердце прекрасной трубчатой принцессы из лучших пород древесины.

Трансформируя эти строки, сложно достоверно описать, эту вчерашнюю трагедию и сегодняшний восторг. Остановив нескончаемый поток этих слёз на этом блоге, я обнаружил исполнения целого созвездия моих желаний, ещё совсем недавно казавшимся мне несбыточными настолько, что я никогда не озвучивал их словами даже про себя. И пусть до миллионера финансового я не дотягиваю, в отражении своего взгляда в зеркалах я вижу тот взрыв сверхновой после коллапса, о котором писал два года назад в письме своей девушке. И вот я пишу снова и снова. И есть уже орбиты, ещё мгновение - планеты. А миг спустя туман стоит над чёрною водой.

Я не мог ожидать, что моё человеческое отчаянье приведёт меня к триумфу. И всё, что я создавал, все эти непроходимые джунгли мыслей, всё это было создано невероятных размеров искренностью. Для иных вещь абсолютно пустая и бесплодная, для меня оказалось единственно существующая причиной зарождения жизни во Вселенной. Я действительно с улыбкой смотрю на происходящее, пусть это отвратительно сложно любить человека непонимающего ровным счётом ничего в том, насколько серьёзно я улыбаюсь. А смысл этой серьёзности в том, что никто из нас не находиться в конечной точке. И никто из действующих лиц не знает, о чём я начну писать уже завтра. И что бы это ни было, это будет нечто, что всегда было во мне, просто никогда прежде не имея повода вырваться в жизнь.

А теперь повод есть. Радиоволны моей Вселенной уже начали свой путь, провозглашая крик моего рождения. И уже совсем неважно читает меня здесь кто или нет. Что может больше вдохновлять жить нежели собственная смерть в чужих глазах? Это как раз тот ход событий, который и был предначертан ещё на самых ранних этапах пустоты или лжи, как вам удобнее. И я пишу об этом куда значительно более осторожно, чем это обстоит на самом деле. Образ мышления, который я получил в своё распоряжение удивителен по своей природе. Секрет его в неразрывности пространства и времени. Неразделимости его между моими прикосновениями к миру.

Страшила и ретроградная таксидермия

По какой-то причине, я отошёл от написания концентрированных чувствами и железобетонными истинами рецензий на фильмы, и не преувеличу, это стало причиной потери большей части моих читателей. Однако, это ни секунды меня не заботило, никакие оковы держать на себе не буду ради любых размеров плюсиков. Вот и сейчас то, о чём я не так давно вспомнил, совсем не фильм, да и не чувства уже.

Только что завершил просмотр картины Ролана Быкова - «Чучело», которую какое-то время назад отложил в сторону. Едва ли, среди моего поколения есть кто-то, кто не видел этот нетленный шедевр, и конечно же, я совсем не исключение. Просто снова как-то случай привёл меня к вопросам, к которым захотел обратиться к Быкову.

Затрагивая тему жестокости у детей или тех, кем они становятся постарше, приходится сталкиваться с грандиозными по своим космическим масштабам восприятием переходного возраста самими героями страстей рождённых из-за вещей, которые годы спустя оказываются ничего нестоящими глупостями. Но в «Чучеле» вопрос предательства стал настолько решающим судьбы, что это меняет самого зрителя, который как проклятый должен молчать, зная такую очевидную правду.

Время от времени, я вспоминаю свою такую недавнюю прошлую жизнь. Не уверен, хочу ли я помнить всё, что происходило со мной. Не знаю, как могли бы пригодиться эти застывшие картинки в моей памяти. Но при добавлении не хватающих частей, из них вполне начинает идти тот самый пар, который делает воздух непрозрачным. И даже пережитые с улыбкой мгновения способны толкнуть этот недвижимый состав с огромным грохотом между вагонами слов.

Половину жизни назад, когда наш маленький городок был куда более заметённым снегом чем сегодня, я был учеником внезапно ставшей гимназией школы. И поскольку суть этих реформ были множественные болезненные идеи руководства всех уровней вносящих лишь умерщвляющие естественные процессы, то это привело к неминуемой деградации образовательного процесса под новой и красивой обёрткой.

Мне довелось оказаться в 8ом классе во время этих бездушных реформ, которые заключались в первую очередь в переходе на платную основу обучения, а во вторую, невзирая на возраст учеников и годы проведённые вместе, все классы были расформированы, и пересобраны с учётом сортировки по успеваемости, учёт которой вёлся исключительно формальным методом. Метод, который фактически не предполагал моего существования. И так как я исключал важность существования формальных методов, я оказался в классе тех, которых готовили к исключению в принципе, по причинам начиная от поведения до неспособности платить за гимназическо-пушкинское образование уездного города.

Как бы я не старался, мне не удастся вспомнить многое из того дня, в расписании которого стоял урок по физике. Однако, и забыть того, что он оказался уроком предательства мне уже не забыть. Но и это совсем не то, что оказывается главным. Обычный казалось бы день недели, подразумевающий дежурство соответствующего ряда парт. Пожилой учитель физики, которому не под силу справятся с толпой, озлобленных шутками незнакомых друг другу друзей. И день тот выбрал дежурным меня.

Весь класс был забросан бумажками, и учитель высказал вполне оправданное требование убрать класс дежурным перед тем, как все смогут пойти по своим делам. По причине, которую я не могу с точностью вспомнить, никто из моего дежурного ряда не захотел производить уборку вполне общего говна. Можно предположить лишь, что в ряду моём были принцессы голубых кровей, потому как одну из них я точно запомнил, её уже тогда чудовищную внешность, и мерзкий голос с надрывом повторяющий мою фамилию, в попытках призвать меня начать уборку одному.

Я не участвовал в наполнении класса мусором, и поэтому оставался глух к её мольбам. Однако, в какой-то момент, после ощутимо болезненного ожидания, классом завладело неплохое такое чувство толпы, и фамилию мою скандировать начали даже те, чья судьба мне до сих пор неизвестна. Таких массовых процессов наблюдать ранее мне не приходилось, и будучи человеком не глупым, я задействовал все свои силы, чтобы сохранить исходные позиции по всем озвученным вопросам, вопреки любому количеству баранов из этого стада, полагающих, что это игра.

В те времена не было ни сотовых телефонов ни предположений, что они могут существовать. Поэтому всё, что мне оставалось, это стоять и держать на себе давление десятка двух заполненных красной жидкостью туш, пытающихся узнать цвет и вкус жидкости внутри моего тела. И лишь вслушиваясь в их голоса, я понимал, что те, кого я считал своими друзьями всего лишь молчат, не смея даже встать мне в поддержку.

И окончание этой истории наступило многими годами позже того дня, случайной встречей с зачинщицей этого безуспешного вторжения в мою уже тогда одинокую душу. И остался лишь дешёвый стыд в глазах этой глупой девчушки, ослеплённой шириной моего взора в тесной компании моих настоящих друзей во время моего прибывания в Москве. И ни сказав ни слова, она молча приняла вековую печать моей недосягаемости.

Но как оказывается необходимо несколько раз умереть, чтобы выпарить соль из таких вещей. И только сейчас я могу найти уровни этих геологических залежей одной и той же горы. Ведь если взглянуть трезво, все эти испытания в моей жизни были инициированы внешним миром, который в той или иной мере руководствовался мыслью о моей слабости. Каждый из моих противников, среди прочих оппонентов выбирал именно меня, полагаясь на то, что моя доброта или наивность окажется легко побеждённой. И лишь те два десятка собак в пустом парке почувствовали, о чём бегут мои ноги по замёрзшему льду.

И если будет необходимость, я переизобрету механизмы всех часов на планете, чтобы показать, куда на самом деле уходит время потраченное на обман и заигрывания в режиссёров и психологов. И за каждый день моего кровавого одиночества будет назначен срок измеряемый исключительно по звёздам, под холодным светом которых пишут мои потерявшие покой руки.

Ради которой

С наступлением снежной поры я особенно много стал передвигаться пешим ходом. Из велосипедных прогулок по осенней романтике мир быстро скатился в безысходно продуваемые поиски живого тепла. В этом году литья упали с деревьев особенно резко, обнажив свои вены моих мыслей неприкрытого одиночества.

Нет ничего странного в том, что в сложнейшие моменты своей привычной жизни нет да нет, вспомнишь как однажды был счастлив, чтобы вдруг озадачиться, как же ты это всё потерял. Наверно, так оно и есть. Только не для меня.

Я действительно сегодня ещё раз вспомнил, как был счастлив, однажды внезапно вернувшись к своей любимой поздно ночью. Оказавшись так рядом, наверно впервые в жизни, я почувствовал, что стал свидетелем триумфа нашей любви. Это была ночь нашего венчания. Ночь, когда мы были уже глубоко друг в друге ещё до того, как я разбудил её своим теплом.

Холод пронизывал моё тело, пока целовал эти картины, лежащие во мраке моего сознания. И пусть он всегда был причиной моих постоянных переохлаждений, мне никогда не было до него особого дела. Он лишь слуга в противоположность теплу. Его задача хранить, хоронить. У тепла беречь, оберегать. И если у тепла есть языки пламени, то, надо полагать и у холода они есть.

Глядя на летающий по спирали во дворе дома рванный пакет, я вдруг представил, как легко он может залететь в какое-нибудь открытое окно, если только кто-то осмелится открыть хотя бы форточку в такой сквозняк. Внезапно, в своей памяти я увидел открытое окно и заполненную холодом пустоты квартиру. Я увидел окоченевшее тело висящее в ванной. Несколько дней назад это был живой человек, который сам открыл окно, чтобы впустить то, что сохранит и похоронит его.

Это была история одной из подруг моей любимой, рассказанная мне её устами в тот холодный день нашего венчания. Незадолго до моего возвращения, брат той подруги, решил неразрешимую зачаду жизни. Не найдя методов добра на поистине существо, которое наделено как правило иными правами, он повесился. Даже когда я звонил, моя возлюбленная не давала повода мне заподозрить, что этот неизвестный мне человек уже мёртв. Только после моего приезда, она рассказала мне, что за разлука сыпала лепестки нам под ноги.

Падающие на заснеженные леса самолёты без выживших. Человек, упавший с пятого этажа на холодный кафель торгово-развлекательного комплекса, тоже совсем знал, что и его кровь докапает в эти строки. Даже маленькая девочка, которую задавило в нескольких метрах от материнской любви, совсем уже не узнает о нашей любви на этих страницах.

Не так уж это просто, не слышать голоса того, кто приходит тебе во снах. Я не знаю через сколько литров боли моя невеста вспомнит дрожью своей кожи, как давно она уже жена. Наверно, нужно нечто большее, чем любовь, ведь она оказалась совсем не в силах заставить людей называть вещи своими именами. И когда это не под силу даже холоду, приходит смерть.

Тогда я выключаю свет

Я не раз упоминал одну из своих многочисленных особенностей. Помимо разнообразных снов с реальными и вымышленными персонажами, я вижу будущее. Объяснить этот процесс задача совсем не простая. Это нельзя назвать каким-то моим свободным выбором. Это происходит спонтанно, обрывками картинок, чаще слов, которые я внезапно начинаю бормотать. Всё это больше напоминает сбой системы, обеспечивающей некий по задумке гармоничный процесс течения времени.

Есть несколько непреложных истин касательно извлечения информации из будущего. Самая известная из них та, которая наделяет творчество этим даром. Тут примеров достаточно много, от автора книге о гигантском корабле «Титане», который впоследствии оказался настоящим «Титаником», до истории с 4-мя матросами, которые будучи в лишениях съели одного из своих, и автор художественного произведения, написанного задолго до этого инцидента, совсем даже не думал, что в точности укажет в своей книге даже фамилию съеденного.

Я и сам грешил написанием своего собственного будущего. Слава богу, в свои ранние годы я не особо увлекался писаниной, и лишь в музыке предначертал влачение своих надежд на истёртой лямке. Существует рассказ, который я для профанации написал на школьном экзамене. Оригинал рассказа был на полном серьёзе выкраден моей учительницей по литературе. Но об этом я уже писал давным-давно на этом блоге. К теме кроличьей норы я буду возвращаться ещё не мало раз. Творчество, в известном моему читателю смысле, является заступом из одной стороны в другую, среди которых светлая и тёмная. Определить из какой в какую произведён заступ на самом деле определить едва ли удастся, просто потому, что там где всё происходит не существует времени. Всё уже произошло, сиди просто пиши. Для этого правда нужны боль, унижения и лишения, но это мелочи, каждому по карману.

Существует ещё один механизм, сопряжённый с механикой, которая едва ли нуждается в смазке. Эта одна из причин, почему люди частенько считают меня странным, чувствуя от меня то излишнюю симпатию, то неоправданную жестокость. Всё дело в том, что я способен чувствовать смысл существования любого человека в моей жизни, но не всегда способен относится к нему правильно в какой-то конкретный момент, согласно текущему статуса нашего знакомства.

Можно было бы назвать это моё качество причиной, почему я так упорствую в написании писем девушке, которую назвал своей женой. Хотя на самом деле, я отчаянно, и вполне напрасно, пытаюсь ускорить процесс, силы, замешанные на основном замысле тоже не спят, и у них свои планы. Исходя из общих правил игры, любой задействованный персонаж получает в подарок соизмеримый кусок справедливости. И то, что я использую крапленые карты, тоже стоит мне здоровья. Однако, следует пояснить, что любой препятствующий замыслу унесёт с собой неплохое такое проклятие. Люди, некогда вставшие на моём жизненном с неправильной улыбкой, почили в бозе, а говоря простым языком, умерли, кто-то даже сдох.

Назвать мою писанину мухлёжом не совсем можно. Во-первых, согласившись на сделку, я уже сам в игре, которая подразумевает, что я буду писать. Мне дана свобода творчества в обмен на обман, и преданность в обмен на предательство. Я могу вдаться в подробности, но любое уточнение будет всё дальше и дальше от истины. Пока я пишу своей жене, я спасаю жизнь тому, кто нас разлучил. Однажды, возникнет вероятность того, что замысел будет повреждён в той мере, в которой существует точная дата его внезапной смерти. Этот персонаж совсем не случайный, и несмотря на его осмотрительность и придуманную им самим свою интеллигентность, он совершил неправильный выбор в пустяковом вопросе. В одних из первых моих слов в том единственном телефонном звонке, который имел место быть, я спросил его, знает ли он, что находится на тёмной стороне. Я дословно так и спросил его. Он, пусть и не совсем понял, что за документ подписывает, ответил, что знает. Стоит ли вспоминать, что он оказался абсолютным посмешищем называя себя настоящим мужчиной в последствии. Впрочем, я не знаю, как могли бы пригодится его смс сопли и груда слёз вконтакте. Заступая на тёмную сторону, едва ли ему было дело до своего сына, который вполне может однажды закашлять в погожий день, просто потому, что папаша сидит и дрочит очередную угрозу его мужественности.

Испокон веков, мужественность была уместна там, где есть женственность. Судьба и замысел, адам и ева из мира покрытого мраком, вместо безумного райского сада. Они должны стоить друг друга. Любовь может рассчитывать на испытания. Писатель на вдохновение. А пизда на всего лишь хуй. Ведь не хуем я же пишу ради засратой молочницей пизды? Ну что, посмотрим развязку моего вчерашнего сна с двумя серебряными и одним золотым кольцом? Все в зале?

Чужая жизнь

Ну что, господа? В нашем зале нет тех, кому было бы интересно узнать, куда я пригласил свою, не знаю, можно ли назвать её бывшей девушкой и вообще девушкой. В прошлом письме я пригласил её на Манхетанский фестиваль короткометражного кино. И нет, она не пришла. И да, я сидел один со вторым билетом в кармане. И да, было как-то хуёво, хотя и знал, что она не придёт.

До захода в здание кинотеатра я пообещал себе, что не сделаю никаких выводов из того, придёт она или нет. Общую вероятность её появления я оценивал где-то в 35%. После заступа ногой в дверной проём, мне стало просто бешено ясным то, что её нет в этом здании. У меня всегда была дьявольская интуиция, в сочетании с тем, что я с некоторого времени перестал быть просто человеком, мои чувства крайне гипертрофированы и мне достаточно сложно продолжать держать роль обычного смертного.

По началу было такое классическое чувство диссонанса, когда ждёшь чего-то, в особенности простого, а выходит как-то не так. Что интересно, последняя работа представленная на фестивале именно об этом, когда что-то не так. Это такое безумное чувство чужеродности, когда ты ждёшь хоть крупинку света за последние месяцы, а получаешь пустоту, завёрнутую в чужие улыбки. Вокруг множества лиц, и все они друг с другом. Чувствовать себя приведением среди них может и странно, но больше просто чудовищно.

Что-то всё таки не так с этим миром. Можно легко оправдать существование говна в массах. Однако, сталкиваясь с говном в отдельных людях, не совсем ясно на чём оно там держится. Конечно, глупость самый лучший клей. Трусость и жадность хорошие стропила. Это всё, конечно, ясно. Но вот отсидел в тёмном зале, и вдруг понял, что увидел несколько знакомых лиц. Следующей мыслью было то, что я заметил интересную тенденцию.

Суть тенденции проста. Девушки, те которые мне известны в пределах возможности их упоминания, достаточно элегантно скрывают свои отношения. То есть, не общаясь с ними много, легко подумать, что они свободны, потому что они и ведут себя так, и на страничке в контакте есть только фотографии, прошедшие некую цензуру.

Конечно, кричать о том, с кем ты встречаешься не стоит. Флиртовать с посторонними тоже вроде запретить не кому. Но всё же. У меня нет претензий к тому, что кто-то считает свои отношения какой-либо репетицией или пробным, а может и запасным вариантом . Каждый имеет то, что ему по карману. Но на размышления наводит. Потому что и моя девушка не стремилась втащить меня в кадр своей жизни. Я может и не рвался туда, но и сквозняка в этой двери не было.

Не понимаю, как можно жить и радоваться тому, что твоя жизнь состоит из костылей. Разве что каждый новый костыль как-то по новому шутит и одет по современному. Неужели та груда её вещей в моей комнате это всё что держало её рядом со мной? Неужели её задачей было просто выклянчить у меня разрешение вывести этот мусор? Неужели она считает себя талантливой актрисой, просто потому что прошла с кислой рожей мимо меня? Неужели она считает, что можно просто начать жить заново?

Ну так вот, у меня плохие новости для людей считающих себя умнее совести. Однажды я задал вопрос Богу, в чём проблема. Его ответ был прост – мало крови. Вы господа, испили ещё слишком мало крови. И если вы полагаете, что все свои грехи лежат только на вас, то нихуя подобного. Вы, конечно, можете продолжать репетицию с вашей полной натянутой романтики, а проще говоря хуёвой игрой. Но кто будет платить за ваш банкет и разбитую посуду? Все ваши грехи лежат в первую очередь на тех, кто вам близок, и близок по-настоящему, а не по документам. И полагая, что вам просто похуй на себя самого, на самом деле вы срёте на чужой праздник.

Вот и девушка моя, упокой господь её душу, полагает, что всё заебись и я вся такая проблядушка так мне и надо, буду ебаться с кем попало дальше. Она ведь совсем не втюхивает, кто она мне, почему и зачем. Я, конечно, могу назвать её шлюхой и подшить к делу, но в том мире, котором живу я, такого слова нет. Вот был у меня отец, его убили тридцать лет назад, и у меня полке лежит пачка чистой бумаги, которую он купил, чтобы печатать. На окне стоит его печатная машинка. Но слово отец для меня ничего не значит. Я ничего не чувствую и не вижу перед глазами, когда слышу это слово. Это всего лишь четыре буквы обозначающие родственную связь.

Возможно, это круто быть мразью, обманывать за спиной, манипулировать, недоговаривать, срать в душу. Положа руку на сердце, одиночество, в котором я прибываю, выглядит тоже странно. Оно выламывает руки и заставляет делать нечто, что возможно облегчит тебе боль. А вообще, я и сам начинаю звереть от происходящего. Повсюду только и видишь невежество и такое мерзкое желание выдать себя за высокопревосходящее существо. А ужимки моей бывшей, когда она строит из себя малознакомого человека просто отвратительны. Кто-то должен сказать ей, что оскар за эту роль ей не светит. И её попытки показать себя незавоёванной принцессой… Может в мире клоунов так оно и было бы. Ну что тут сказать ещё. Мало крови. Когда придёт он, и растерзает близких, может тогда проснётся та крупинка искренности. А пока… Ну что пока? Продолжаем писать. Отчаянье? Ну а что делать?

Дай мне имя

Наступили какие-то странные времена. Из внешнего мира поступают странные новости. А меня самого практически полностью перестал интересовать сам материальный мир. Он представляет себя каким-то важным персонажем, чьи религиозные чувства чего-то стоят. И эта труха настолько повсюду, что я сам перестаю чувствовать себя человеком. С устройством на работу моя жизнь безусловно приобрела ритм, который вроде бы должен меня приобщать к человеческому. Однако, на деле я всё больше отдаляюсь от повседневности. Уже не в первый раз, приходя с работы я ложусь полежать и просыпаюсь только ночью. Мыслей вроде бы не так много, даже вполне как всегда, но писать хочется постоянно. Странно жаловаться на вдохновение. Свободного времени немало, но его не хватает. Уж слишком много времени мне необходимо на созерцание, наблюдения. Приходится экономить абсолютно на всём. Отказывать друзьям в общении, забивать на ответы на форумах и социальных сетях, и что вполне может удивить, я нахожу пользу в продумывании всех своих действий вплоть до последовательности выключения горячей и холодной воды, когда принимаю утром душ.

Комната прибывает в абсолютном бардаке.  Рядом с кроватью лежит куча шести, которую отрыгнул мой кот, но заботят меня совсем другие вещи. В сетевом журнале десятки черновиков и обрывков мыслей. Так странно быть собой в последнее время. Непроходящее чувство борьбы. Это чувство, которое я несу сквозь годы. Его природа и двойственна и мало мне понятна. Я легко понимаю, кто я, что я умею, что мне важно. Но складывается впечатление, что ответ на вопрос почему всё человеческое мне даётся через порой чудовищные испытания, может ответить только мой умерший 30 лет назад отец. Я принимаю эти испытания как должное, и в этом и есть двойственность. Никто и никогда не остался бы мной при тех же обстоятельствах, а я продолжаю бежать и сушить ветром слёзы на застывшем от восхищения лице.

Тысячи раз я пытаюсь передать то великое ничто, которое со мной происходит. Вокруг меня пустота, которая просто задыхается от моего присутствия. Люди, уверенные, что вполне могут причинить мне вред, совсем не понимают того, что выглядят в моих глазах абсолютно беспомощными, запертыми в своих тесных мыслях жертвами обстоятельств. Однажды, в пятницу вечером, мир перестал быть для меня вызовом. Наполненный глупцами и предателями, его огни перестали меня слепить, он потускнел и сквозь мрак, в который он погрузился, вдруг стал виден отблеск границ его стеклянной коробки.

Наверно, это плохо, что людей восхищает только то, что может уместиться в их голове. Однажды, не уместившись в чьей-то голове, можно стать тенью. Тень, подобно чёрным чернилам букв на белом листе, способна проецировать смысл бытия. Но перестав быть просто человеком, есть вещи несомненно заставляющие меня выть на Луну. Простота. Простота моего человеческого голоса и тепла. Я не могу её отдать. Я буду её хранить. Где ты. Я люблю тебя.

Трижды романтический роман

Пора бы написать ещё одну странную страницу в толмут настоящей науки заблуждений. Однако, наверно не сегодня. Надумал я прочитать таки «Мастера и Маргариту», чтобы не было так стыдно смотреть сны с участием Булгакова и Воланда. Несмотря на неприличную загрузку организма работой и болью в последнюю неделю, я уже успел пробежаться глазом и ухом про различным трактовкам и альтернативным прочтениям рукописи. Надо сказать, у некоторых критиков неплохие архивчики на антресолях, полное собрание редакций романа на дому. Хотя я, как заправский невежда, отношусь достаточно критически к различного рода спекуляциям первыми редакциями чего-либо. И вообще, считаю необходимым обратить внимание, что по итогам ознакомления с критикой «МиМ», вырисовывается чёткая линия сгиба от первоисточника к некой идее, которую продвигает автор критических измышлений. Каждый из них старается уложить идею романа в некую концепцию реального мира, которую якобы Булгаков хотел донести до читателя. Казалось бы, в этом нет ничего странного, ведь хотел же Михаил Афанасьевич что-то сказать своим романом?

Мастер с маленькой буквы. Кто-то из критиков считает это глобальным отсылом на реального исторического персонажа вроде Сталина или Горького, а значение маленького регистра, конечно же, означает презрение Булгакова к этому реальному персонажу, либо в силу политического строя, либо в силу ремесленного характера его творчества. Кое-где можно услышать версию, что будь у мастера настоящие яйца, Булгаков дал бы ему гордый статус «художника». Интересно было бы взглянуть на получившуюся бы поебень. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы увидеть, как Булгаков используют символизм и общую геральдику для формирования гранитного фундамента романа. Мастер. Маргарита. Москва. Май. Массы. Мессир. Маэстро. Массолит. Не знаю, можно ли придумать этот гениальный замысел каким-то таким простым ходом. Но результат на лицо. Фундамент оказался непробиваемым и уходящим за пределы просто Русского языка.

Так почему же с маленькой? Часть критических обзерваций всё же имеет хорошую мыслительную базу и быстро находит карандаш Булгакова под типографскими чернилами. Тут я, конечно же с позором, вынужден в общем и целом признать своё согласие с теорией противоположностей в романе. В романе несусветное их количество, но следуют особо отметить противостояние Мастера и Маргариты. Сразу скажу, что непохоже, что Булгаков искусственно сделал так, скорее наоборот, в процессе детализации это краеугольное противостояние вылезло естественным образом. Мастер – мужчина. Маргарита – женщина. Мастер – нарицательное. Маргарита – собственное. Мастер живёт в подвале. Маргарита в апартаментах. Мастер сходит с ума из-за Пилата и пытается избавится от болезни в психушке. Маргарита наслаждается своей новой реальностью с Воландом, за встречу с которым мастер готов отдать связку ключей, а Маргарита и заигрывает с кучей народа из преисподней. В общем и целом, инь и янь.

Но всё же, почему Булгаков пошёл на риск маленькой буквы, почему использовал дешёвое слово «мастер», используемое вроде для «мастер починки обуви». Не думаю, что поменяю свою точку зрения даже после прочтения. Был нужен фундамент буквы «М». Это раз. А во-вторых, в романе чувствуется чёткое отторжение Булгакова от официальных регалий и статусов. Даже когда Бездомный говорит, что он поэт, мастеру сразу становится ясно, что за поэт этот поэт. Обращение «писатель» мастеру кажется оскорбительным. Да и Достоевского и удостоверения писателя не было. Тут я горячо и твёрдо жму руку Булгакову. Официоз пронизывающих нашу коррумпированную страну с упоением плодит миллионы и миллионы бестолочей с корочками всех мастей, и так было всегда, что уж говорить про годы моей юности, где всегда были «настоящие» сначала одарённые одноклассники, затем «настоящие» музыканты подписанные на лейблах, а к сегодняшнему дню я уже наслышан о «настоящих» режиссёрах и психологах. И я бы рад бить их поганой плетью, но в этом лишь уныние настоящего таланта. В реальном мире, который как ни странно описан в мистическом романе «Мастер и Маргарита», рукопись – это рукопись, а бумажка – это бумажка. И даже не до ходя до «каждому воздастся по вере его», можно дотумкать, мир так и создан, либо ты человек пробивающей измерения искренности, либо тело с головой заполненной небытием при жизни.

За каким чёртом Булгакову понадобилась символика буквы «М»? На мой взгляд, который надо сказать, был сформирован до ознакомления с работами искусствоведов, «М» буква очень полезная. Например, если сложить хороводом три таких буквы с номером 13 в по крайней мере двух используемых романом алфавитах, то получится звезда Давида, которую вполне можно найти, ну допустим, на медальоне членов Масонской ложи, у которых высшая степень обознается приставкой «Мастер». И пусть в романе тысячи иньекций масонства, даже будь этой чистой правдой, всё это чистые догадки. Внимательный читатель уже схватил меня за руку и спросил «какого хера, друг, откуда ты взял третью М?» А ведь всё просто, если вы сложили три буквы «М» в хоровод настоящий, то сколь угодно вы ни крутите его, одна из «М» всегда будет по ту сторону горизонта. Потусторонняя «М» это «W» из слова «Воланд», только написанное на родном ему языке.

Недоумение. Вот то, что во многом я испытываю при ознакомлении с очередной интерпретацией романа. Куча народа видит в романе прототипов всяческих Сталиных, неправильных Иисусов, проповедующих неправильную библию, глупых мастеров, незаслуживших света. Хорошо, поверю на слово, Воланд это Сталин, что дальше то? Господа. Не стоит делать из Булгакова пародиста, способного лишь остервенело перекладывать злобу и сатанизм красивыми узорами.

Никакая из версий никогда не сойдётся концами. Мастер получил бы в награду свет, но только если бы про Понтия Пилата ни строчки не написал бы. Не будь Маргарита распутной девкой заигрывающая с чужими членами, никогда бы не подошла к мастеру. Замысел. Он родимый. Только в его недостижимом центре может быть рождено совершенство расходящееся узором пороков и изъянов красоты.

Огниво нож точащее

В продолжение поднятой вчера темы. Вчера я начал слишком издалека, чтобы прикоснуться к тому, что действительно затрагивает замысел. Не думаю, что мне удастся раскрыть это и сегодня. Есть детали, которые я не позволяю эксплуатировать. Зубы мои скрипят, потому что любые детали определяют суть, но мне важна не победа сегодня, мне нужен мир завтра. И ради этого мира я готов отступить, и сожрать кусок собственной плоти, чтобы мне удалось сделать вид цивилизованного, сытого человека, печатающего что-то невразумительное в своем бложике.

Я множество раз описывал историю своих отношений и разрыва со своей девушкой. Я проводил десятки параллелей и делал сотни предположений. Я ведь действительно не обладаю практически никакой информацией, что толкнуло поступить мою девушку так чудовищно, как она поступила. Безусловно, оправдание этого поступка душевной пустотой и манипуляциями дегенерата неплохая формулировка, но это всего лишь формулировка. Я могу лишь позавидовать читателю этих строк, который не знает и тех крох, которые знаю я. Даже они сделали мои последние несколько месяцев испытанием, которого ранее никогда не было в моей жизни, которого я не встречал даже в художественном кинематографе. Речь ведь совсем не о том, что у кого-то отбили девушку. Совсем не об этом.

Всё что я писал ранее, во многом всего лишь попытка процарапать бетонную стену. Сегодня я достану из ножен нечто серьёзнее. Для этого совсем не нужны фокусы, или ловкость рук. Сегодня я на некоторое время перестану быть просто человеком. Для этого не требуется прохождения курса повышения квалификации или аутотренинга. Я перестану быть человеком прямо сидя в своём кресле. Власть моя покинет пределы моей комнаты тихим шорохом листьев за окном.

Что бы я не писал, есть часть, которая всегда остаётся покрытой мраком. В этой непроглядной тьме кроется источник моей силы и всех моих талантов. Используя какие-то из них, я всегда заступаю туда только одной ногой. Я не позволяю себе заступать туда обеими. Этого никогда ранее и не требовалось. Я совсем нетщеславный, мне не требовалась та отвага, которая нужна, чтобы посмотреть в то зеркало, в котором виден настоящий лик. Творчество моё всегда было оружием бытового созидания. Но встреча со злом на этот раз затронуло ту мою часть, которая стоит на страже. Есть отличный мультфильм «Стальной гигант», очень хорошо иллюстрирующий происходящее со мной. Главный герой – огромный робот, попавший на Землю времён холодной войны. Будучи добрым и вполне живым исследователем Вселенной, он легко подружился с маленьким мальчиком. Но ни мальчик, ни кто-либо из земных обитателей не знал, что одной из главных функций заложенных в робота является ответственность за мир, противостояние любой его угрозе. И как только в поле зрение робота попадало оружие, он сам становился оружием в ответ.

Десятки недель мои глаза затмевает боль заставляющая меня сделать оружие из моих талантов. Я отчаянно хочу вернуть свою девушку из мрака её собственной пустоты. Это вполне мне по силам, если я заступлю второй ногой. Оставаясь одной ногой на светлой стороне я обладаю мудростью, которая недоступна на тёмной. Эта совсем не та мудрость из груды мёртвых афоризмов. Нельзя недооценивать нечто, что кажется белым и пушистым. Сила белой стороны в связи с замыслом. Зная замысел, можно использовать таланты сделав их настолько острым оружием, насколько это необходимо.

«Почему? Это? Произошло?»

Предположим, и в вашем мире действительно существует любовь. Не то пьяное чувство сверкающего романтикой мира. А нечто, что готово идти на жертвы с настоящей алой кровью. Предположим вот такую вот любовь. Создадим силу, которая подвергнет эту любовь проверке. Достойную, настоящую. Пусть это будет некто доведённый до крайности в своём отчаянье и заблуждении. Попавший в серьёзную переделку он должен был умереть, он выжил и за это затаил на жизнь огромную обиду. Так было рождено не мало отрицательных героев, вроде Джокера, например.

Хуёвая любовь – не любовь. Хуёвое испытание – не испытание. Я действительно по сей день люблю человека, которого отпустил в объятья к отродью. Я не совершил ошибку. В моих руках может быть либо власть, либо любовь. Я оставил любовь. Ход событий мог быть совершенно другим. Но произошедшее кристаллизовало истину, иначе быть не могло. Моя девушка вполне могла ограничится иллюзией чувств и жить со мной поёбываясь на стороне. Отчаянный дегенерат вполне мог познакомится со мной и не оказаться таким жалким посмешищем. Мои навыки и таланты вполне могли бы сыграть решающую роль в спасении его от вечного забвения. Только я выбрал любовь. Я обнимаю её ноги во сне и реву захлёбываясь одним словом. Я знал, ради чего открываю глаза и перестаю видеть этот сон. Отпускать кусок мяса с костями весом в 50 килограмм не так страшно как может показаться. В моих руках осталось именно то, без чего никакой даже самый проклятый богом Урфин Джюс не сможет разглядеть и крупицы человеческого в этой массе. Оставаясь одной ногой на светлой стороне я проявил слабость, зная, что поступаю правильно. Время на светлой стороне идёт совсем иным образом, я чувствую его ход огромными ударами приливов вдохновения. Оставаясь одной ногой на светлой стороне, я лишил себя представлений о деталях, зная лишь исход. Оставаясь одной ногой на светлой стороне, оно продолжает дышать в моих руках.

Ценность помноженная на скорость света в квадрате

Думаю каждый в некой жизненной ситуации задаётся вопросом «почему это произошло?». Если человеку действительно не страшно узнать ответ на этот вопрос, то он получает ответ в том или ином виде. Но есть некая вариация глубины этого вопроса, уходящая в глубину ни столько причинно следственных связей, сколько замысла того, кто в данном измерении является мастером.

Несколько лет назад, мы с моим на тот момент самым близким другом были влюблены в одну и ту же девушку. По причине её тотальной и безвозвратной ебанутости ни у кого из нас не было шансов на вполне даже человеческое к нам отношение с её стороны. Она предпочитала вести множественную и только ей понятную высокоморальную жизнь. Ей было удобно держать таких как мы на неком поводке, но и не давать приблизится. Каждый из нас был чем-то ей удобен. У одного была машина и отчаянная преданность. У другого была светлая голова и чувство юмора. Мы были прекрасным коктейлем её молодости. Однажды, реальность, где это всё могло существовать начала схлапываться. Для человека изнутри это выглядит своеобразным напряжением, когда возникают пустоты, заставляющие его искать причины их появления. В следующий миг приходит ложь и арматура пространства начинает звенеть. Это означает, что в ближайшее время произойдёт ничтожное событие, которое уничтожит Вселенную, в которой сосуществуют вещи, которые не могут сосуществовать. В некотором смысле, это встреча вещества и антивещества.

Несколько лет назад, был именно такой день. Друг заехал ко мне в гости, и спустя какое-то время мы решили прогуляться. Мы оставили машину и пошли по центральной улице города. Этим дождливым вечером асфальт блестел особенно красочно. Бесцельно идя по прямой, нас засасывает в здание развлекательного центра. В этот момент я понимаю, что мы попали в течение. В течение пространства, возникающее в момент схлапывания измерения. Чувствуя это, я вслух произношу несколько слов «вот так происходят фатальные события». Друг не совсем понимает, о чём это я. Но я лишь снова повторяю фразу, пытаясь придать ей саркастическую окраску. Нигде не задерживаясь мы поднимаемся на третий этаж, где расположены точки общепита и кинотеатр. Проходя мимо десятков столов и сотни лиц, мой друг замирает от внезапной встречи с так равнодушной к нам девушкой. Потребовалось всего несколько минут для того, чтобы мой друг не только понял мои слова, но и почувствовал их природу. Девушка ходила в кино не одна. Она была так нарядна, какой мы её никогда не видели. Несколькими последующими смс я предупредил её, что в скором времени её жизнь будет представлять из себя несколько блуждающих в пустоте астеройдов воспоминаний. Прошло множества беспомощных событий, после которых и дружба, и любовь покинули пределы досягаемости каждого из нас.

Соль этой истории совсем не в том, что девушка не имела права выбирать себе Петрушку на вечер. В контексте этого подхода как таковых прав у действующих лиц в такой системе в принципе нет. Это Вселенная ценностей, а не прав. В общем и целом всем заправляет гравитация. Любая чужеродная конструкция, в частности мысли девушки о том, что она имеет право сходить с кино с кем-то, на чьи звонки уже завтра не будет отвечать, такая конструкция будет сжата до толщины необходимой для её возвращения обратно в голову этой девушки. И дружба и любовь не исчезли сами собой. Исчезла девушка. Вселенная ценностей перестала трактовать чужеродный объект как свою материю и перестала с ней взаимодействовать.

Все эти процессы вовсе не столь изотеричны, как может показаться. Каждый так или иначе чувствует ложь и недомолвки. Чувствует чужеродность происходящего в тот или иной момент. Просто некоторый угол восприятия позволяет чувствовать, осязать такие материи. Они действительно существуют, и существуют безапелляционно. Вспоминается классический фильм «Матрица», в контексте появления сил схлапывающих очередное измерение, этот момент действительно можно почувствовать появлением странностей. В дополнение к этому существует сила противодействия. В основном это силы природы. Им ничего не стоит остановить вас от выдумывания очередного права, но и ценность, как и масса обладает гравитацией, коей природа подчинена.

Между ударами мы мертвы

Тут давича вспомнилось как пару месяцев тому назад я шёл с работы с выключенным взглядом и мне встретились пара тёток сектанток. Вполне вероятно, что дорога Энгельса-Университетская для них промысловая, потому как встречаю их там уже не впервые. Забавно, но внешность моя вполне располагает полагать, что я до заблуждений легко доступный. На самом деле, надо сказать, что выглядеть на десять лет моложе своего фактического возраста не так уж и плохо. Я бы ни в коем случае не согласился бы выглядеть на столько, на сколько принято выглядеть в нашем погрязшем в пороке обществе человеку моих лет.

На этот раз встреча не особо отличалась от предыдущей. Я как всегда наругал себя за то, что даю таким людям просто так уйти без хорошего разговора о Сатане. Однако, их вопрос не застал меня врасплох. Сейчас мне потребовались усилия, чтобы вспомнить этот вопрос. А тогда я был уверен, что этот вопрос это всё, что меня будет беспокоить ещё долго. Верю ли я в справедливость на Земле? Глупейшая провокация на троллинг. А тогда я шёл с работы по мосту, наблюдая очередной закат, и думал, как так получилось, что я не могу быть рядом с человеком, вместе с которым нам вместе хорошо. Получается та сволочь, которая влезла со своими букетиками и высратыми в потугах комплиментами, вроде как получила своё. Где здесь справедливость?

15 лет назад Р. Хаббарт показался мне либо глупцом, либо хитроумным отцом своей карманной религии. Кем же был я 15 лет назад? 15 лет назад я был серьёзно увлечённым программированием молодым человеком. Это был как раз тот момент, когда я начал достигать очень серьёзных высот в этом искусстве. А программирование, особенно на самом низком, процессорном уровне, это действительно искусство. Наверняка, непосвящённому человеку может показаться, что для программирования нужна квадратная голова и математический склад ума. Наверняка, для прикладного программирования так и есть. То, чем занимался я, в достаточной степени отличается от того, чем занимаются программисты сегодня. Программирование в системе с крайне ограниченными ресурсами имеет радикально иной характер от того мира бесконечных возможностей, который предоставлен сегодня любому. Не вдаваясь в технические детали, моё творчество можно обрисовать коротко как создание уникальных решений с нуля с использованием всех возможностей оптимизации кода. Это было достаточно актуально в ситуации, когда производительность компьютера была в сотни раз ниже производительности среднего мобильного телефона наших дней.

Спустя эти годы, мало того, что внешне практически не изменился, я беспредельно благодарен самому себе за свои интересы, за свои взгляды, за свою открытость миру. Наверно, это странно говорить так и сыпать сахар себе на язык. Но это отнюдь не строки пустых оправданий, почему всё так. Тогда я просто жил этим. Я находил невероятные, простые, чудовищно эффективные решения и тратил на поиски сплошные горизонты времени. Сегодня, я понимаю, кем я становился тогда, с какой невероятной скоростью. Если сегодня мои мышцы легко растут от ежедневных упражнений на турнике, то те годы самосовершенствования заменить сегодня уже ничем было бы невозможно. Это было уникальное время. Это был уникальный возраст. Это были обстоятельства, которых было достаточно.

Поверит ли мне одинокий читатель, если я скажу ему, что программировал не умом, а сердцем? А ведь это правда. Я находил новое и совершенствовал его своим сердцем. Внутри меня была целая Вселенная, которой нужно было всего лишь ожить, чтобы решить очередную загадку о том, как создан мир снаружи. Моё сознание часто не находило верных решений, как соединить два разных по природе мира. Искренность и интерес. Для того, чтобы пробурить в этом мире дыру нужно не так уж много инструментов. Простое человеческое сердце, способное к глубоким чувствам, оказалось способным распутывать гигантские вереницы связей мира несуществующего для окружающих.

Если быть внимательным, во всём к чему я прикасаюсь можно обнаружить следы моего сердцебиения. Все строки мною написанные, будь то строчки кода, последовательности нот или слов, у всех есть пульс, нечто большее чем просто ритм или рифма. И это не строки пустых оправданий, почему всё так. Всё действительно так, как телеграфирует, как рисует мне мой путь сердце. Не знаю как найти ту гордость, чтобы её стало достаточно, чтобы и сердце моё знало, как я верю ему.

Что мы знаем о сердце? Мы ничего о нём не знаем пока оно не болит. Оно не даёт на нам покоя, заставляя продолжать поиски. Заставляя просыпаться снова и снова. Видеть сны и принимать решения. Оно хрупко и наивно. Доверяйте ему Вопрос и время не зря начинаются с одной буквы.Дайте ему время. Ответ сокрушит смерть.

О психологе, попавшем под гусеницы слов мастера

Сколько себя помню, меня всегда увлекала психология. Но совсем не в том понимании, каким она представлена в обществе. Процесс познания мира и самопознания встроен в меня, встроен настолько, что следы существования других процессов в моей жизни будет найти сложновато. Они, безусловно, есть, но во многом, это всего лишь пыль или экскременты. Однажды, лет тому 15 назад мне попалась книга Р. Хаббарда по саенталогии, в частности по дианетике. Я до сих пор помню какие-то ключевые моменты оттуда. Реактивный ум, чистый разум, я помню всю эту ерунду. Прочитав насколько глав я понял, что автор зря потерял время на создание всей этой штуковины. К моменту появления этой книги перед моими глазами у меня существовало своё собственное представление по множеству сфер соприкосновения со средой, и будучи так или иначе связанной с психологией у дианетики не было шансов, зато сам факт существования подобной бестолковщины добавил дров в печь моего интереса к человеческой природе.
Что я думаю о психологии. Начнём с того, что учиться на психолога идут люди, сознательно или бессознательно понимающие, что у них у самих проблемы в жизни. Это уже будет приводить к тому, что чему бы этих людей не учили, это будет подвергнуто серьёзным искажениям в умах в людей, которые получат дипломы, а равно разрешение лезть людям в души. Теперь о том, что попадёт в лучшем случае в головы этим бешенным псам психотерапии. Пусть это прозвучит наивно из моих уст, но ошибка всех учений по психологии в том, что все они пытаются построить устойчивую систему на основе связей события и результата, изложенную функциональным языком. Это происходит поэтому, а в результате получается уже известное нам то. В некотором смысле, это похоже на разницу между классической и квантовой механикой. В классической всё описано, всё работает, на бумаге. Потом приходит постоянная Планка и всё идёт по пизде. А в реальном мире, который для нас один сплошной человеческий фактор эта постоянная Планка, можно сказать самый важный коэффициент, вокруг которого планы, мечты, нужды и дорожная пыль на ботинках. Безусловно, науке необходимо от чего-то отталкиваться, но у психологии очень бледный вид для научного статуса. У литературы быть наукой человека шансов куда больше. Понять психологов несложно, прослушать 5 курсов на дальних партах и прочитать несколько библий с картинками по психологии проще, чем разгадать секрет стихов Пушкина или дописать второй том «Мёртвых душ». Был ли у Гоголя диплом психолога, вот в чём вопрос. Психология, написанная функциональным языком, как бы ни опиралась на красивые схемы и практику, никогда не оживёт. Все её решения будут нести столь же кратковременный эффект, как и среднее время появления побочного эффекта. И устраиваясь на работу в следующий раз, я буду уже знать, какой дом и с какими окнами мне следует нарисовать, чтобы меня признали годным на должность главного помощника младшего тренера.
Потери. Потери. И ещё раз потери. Потери происходят абсолютно при любом типе сжатия информации. Либо в скорости последующей обработке, либо в спектре подходящей для сжатия информации, либо непосредственно в самой информации после её распаковки. Таким вот чудесным образом, при попытке формализировать человеческую природу в какую-нибудь дианетику на выходе получится ещё одна религиозная пакость. Очередная химера доброты, справедливости и всеобщего счастья. И какая-нибудь жирненькая тётечка психолог примет на веру, что она несёт свет в этот мир, давая советы как похудеть тому, кому худеть, если повезёт, уже бессмысленно.
Тем не менее, если абстрагироваться от формализма, то сама по себе человеческая природа вещь интересная в широком смысле судеб, творчества, снов, и даже мистики. У меня нет трудов, исписанных тетрадей, но когда я сажусь и начинаю писать, что-то оживает. Горько называть то, что я получаю информацией. Это слово о чём-то мёртвом. В нашей жизни важно помнить, что всё живо вокруг, ничего просто так не придёт и не уйдёт. И вот, подошёл к концу мой очередной, казалось бы пост. А на самом деле я распаковал крупицу пыли прилипшую к монитору, и хотел написать совсем о другом..

Лишний литр любви

Давно зреет идея начать коллекционировать странности. И в принципе, это несложно, потому что речь идёт не о каких-то вещах, а просто о странной информации. Я уже как-то писал о неувязках, в частности связанных с моей бывшей подругой. На самом деле, всяческих нестыковок, оборванных разговоров и труднообъяснимых элементов куда больше. Не подумайте, что я забыл про свои прошлые идеи, вроде комментирование фрагментов из «Жизнь Клима Самгина», нет нет, я всё помню, и продолжу начатое, но моя личная жизнь мне всё же интереснее, да и по статистике этого блога она популярнее.

Я специально оттянул время написания этого поста до двух часов ночи, усталость немного пьянит и отпускает вожжи. И так как этот пост будет посвящён странностям, я вполне уверен, он сам так же будет странным.


На фотографии, которую вы можете наблюдать в этом посте изображена банка, она странным образом раскрашена и приклеена горлышком к окну. Это не случайная фотка из инета. Эту фотографию сделал я. И банку приклеил тоже я. А раскрашена она была моей подругой. Казалось бы, надо порядком ебануться, чтобы устроить эту инсталляцию посреди подъезда бывшей тёщи.

После побега моей подруги осталось всего несколько вещей, которые ей принадлежали или те, которыми она пользовалась. В основном это хлам вроде зубной щётки или диска с её любимым фильмом «Реконструкция». Но среди этого хлама остался её баночный автопортрет. Выкинуть его просто так мне было жалко, хотя подарки девушки, за которой я ухаживал в прошлом я сложил в пакет и выбросил в мусоропровод. В общем и целом, я принял решение переместить эту банку в другое измерение. Значительный опыт работы руками позволил мне проявить фантазию и найти способ прикрепления стеклянной банки к вертикальному окну за короткий промежуток времени. Следует отметить, что задачи обессмертить эту банку не было. Важно было убрать эту банку из моего дома, и убрать таким образом, чтобы сама по себе банка несла меньше информации нежели условия её обнаружения. И надо сказать, что спустя какое-то время, когда я отчаянно появился в этом подъезде снова, эта банка была на том же месте, и этот факт меня позабавил, потому что я был вполне уверен, что её либо оторвут, либо разобьют.

Банка действительно является неким символом, в чём-то очевидным, в чём-то интимным. Будучи раскрашенной именно так, он хорошо передаёт черты характера моей подруги. Её яркие чувства не имеющие общей формы, наляпанные квадраты комплексов, отказ от любых узнаваемых очертаний. И что интересно, моя мама сильно переживала, когда видела как я несколько месяцев находился в пограничном с безумием состоянии, она подбадривала меня и была настроена выбросить всё связанное с моей подругой. Всё, кроме этой банки. Эта банка ей нравилась, и она быстро заметила её отсутствие.

В моей голове лежат лоскутки воспоминаний, которые непонятным образом связаны, но не находят места в публикациях. Я помню, похоже, единственный, но реально имевший место факт того, как моя подруга в разговоре обратилась к моей маме, назвав её мамой. Это было единожды, потому что однажды она забылась и на секунды перестала играть роль. Это запомнил только я, потому что меня оглушило это слово из её уст. Есть ещё громкие вещи, которые мне запомнились. Прошлым летом, когда у меня ещё не было работы, я так же сидел за компом и страдал какой-то ересью, как вдруг почувствовал неладное в организме, позже я пошёл в туалет и обнаружил, что цвет моей мочи стал кардинально кровавым. Надо сказать, я не был готов к такому крутому повороту и был впечатлён зрелищем. Прошло немного времени и пришла с работы моя подруга, я ввёл её в курс дела, что сейчас приедет скорая, но скорее всего это ничего страшного. И вот после этого, видимо ещё находясь под впечатлением, я начал терять силы и за ними терять сознание. Случай не был тяжёлым, я потерял сознание на секунду или две, просто упав головой в диван на кухне. Падая я услышал крик своей подруги, она вскрикнула «любимый!». Наверно, не стоит этому предавать много значения, она не в меру чувствительный и всего лишь сентиментальный человек. Однако, прожив с ним я научился чувствовать, когда он играет, а когда забывает играть.

Усложнение без разрешения

Измерения. Так часто я о них пишу, и ничего о них не написал. Одна из тех тем, прикосновение к которым приводит к перемещению к самостоятельной ветви, а ствол, на котором всё держится остаётся где-то в стороне. Это никогда не было плохо, творчество не даёт обещаний давать результат. Но тема измерений очень важна. А именно их замысел, сила, трудноразличимые границы между решающими, напряжёнными точками вероятностей.

Самое простое определение измерений может быть объяснено перемещением объективной реальности в неопределённом направлении случайных событий. Однако, элемент случайности в достаточной степени губителен в части дальнейшей детализации. Если взгромоздить на эти несколько слов ещё туманность и неопределённость значения того или иного события, то мысль становиться абсолютной недвижимостью.

В обыденности нам не свойственно воспринимать поток событий в нашей жизни как путешествие по измерениям. Большинство людей склонны воспринимать жизнь как путешествие в принципе, с характерными чертами неизбежности, но также с жаждой веры в возможность управления ходом последствий принятых ими решений. Если смотреть с точки зрения измерений, то это, возможно, вселяет даже больший оптимизм по части управляемого путешествия.
Кирпич никогда ни с того ни с сего на голову не свалится. Опять же Булгаков, он отлично иллюстрировал цепь всяческих фатальных случайностей в романе "Мастер и Маргарита". В своей жизни, помимо недавних снов с Воландом, мне до странной настороженности легко обнаружить множество достаточно грубо имплантированных врезок. Возможно, мне стоит сделать какую-то табличку развлечения ради, и заполнить её с одной стороны хорошими событиями, а с другой те, после которых всё пошло по пизде. Следует помнить, что одни и те же события могут оказаться как плохими, так и  неопределёнными. Откровенно, объективно хороших событий, надо полагать не бывает. Вся жизнь, всё происходящее направленно на использования тебя в каких-то непонятных целях.
Я не считаю себя пессимистом, и осторожно предположу, что все события направлены в конечном итоге на усложнение объекта, на распаковку божественного замысла из пределов мироздания. Если брать мою биографию, то обнаружить можно не мало усложнений. И если взять меня как результат усложнений, с моим текущим мировосприятием, то будет несложным понять почему я так одинок, почему мне так легко писать, почему мне удаётся быть одной ногой в человеческом говне, а другой в мире, где Воланд вполне реален.
Небольшой брифинг по моей биографии. Я не был запланированным ребёнком. Долгое время я не подавал признаков своего существования и лишь поэтому мне удалось избежать стать биологическим мусором. Через полтора года после моего рождения в результате тяжёлого отравления в возрасте 33 лёт погибает мой отец. На момент смерти он был главным редактором местной газеты и у него было не мало врагов.  В возрасте трёх лет я выпил бутылку канцелярского клея. Меня спасли, но я почему-то не верю в эту историю, хотя желудок у меня слабый. В детстве у меня появляется лучший друг, которому я верю больше чем себе, но мне запрещают с ним общаться. Спустя годы, в выпускных классах я вижу как над ним издевается один из моих одноклассников, наверно один из первых моментов, когда я понимаю, что существуют дегенераты. Лет в 12 я увлекаюсь компьютером и начинаю делать свои первые шаги в программировании, а через пару лет я добиваюсь успеха в разработке нескольких уникальных алгоритмов в обработке графики. В 15 лет у меня появляется интересен в создании музыки, что во многом останавливает увлечение программированием. Я понимаю, что музыка гораздо ближе к творчеству, чем программирование и бесконечная оптимизация кода. Через год или два у меня появляется возможность усложнить свою музыку фрагментами чужой, и я начинаю делать ремиксы Prodigy, которые, во-многом становятся полностью отдельными произведениями. С выходом в интернет приходит даже некоторая известность, появляются люди, готовые слать деньги и вещи, чтобы я продолжил создание ремиксов. С приходом 2000 годов, становится ясно, что жанр ломаных ритмов задыхается от сотен бестолковых подражателей и молчания настоящих гениев. С их молчанием, приходит она, суровая сибирская реальность, с абсолютным равнодушием. Я продолжаю заниматься творчеством, но уже с ритмом одна работа в год. Очень много незаконченного. Жизнь кажется ненастоящей. Самые близкие друзья нашли свои судьбы там, куда уехали много лет назад. Молчание. Оно совсем не тишина. Под давлением пустоты в течении нескольких лет я основательно теряю смысл существования. Физическое здоровье деградирует в рекордные сроки. Я теряю возможность глубоко и спокойно спать. В какие-то моменты организм отказывается продолжать жить. Я попадаю по 6 раз в год в больницу с неопределённым диагнозом. На дворе холодная весна 2006 года. Я уже начал борьбу за жизнь. Меня не заботили мысли ни о творчестве, ни о любви. Сейчас я понимаю, что необходимо произвести расследование, что именно заставило меня начать борьбу. В процессе борьбы за элементарное, мне начали открываться большие истины. Начинают происходить объективные чудеса. Мне возвращаются мечты и таланты. Я долгое время ухаживаю за девушкой, и начинаю писать. Сталкнувшись с её малодушием я прекращаю общение, и часть писем решаю забрать путём их публикации. Так рождается этот блог. Мне одиноко, и отказываюсь верить, что заслуживаю одиночества. Я предпринимаю попытки найти интересные события в городе, на которых мне хоть кто-то возможно понравится. На одно из таких событий я не попадаю, но всё же решаю посмотреть фотографии с него. На одной из фотографий я вижу необычно выглядящую девушку, лицо которой закрыто практически полностью. Я начинаю комментировать фотографии. Кто-то отвечает мне. Кто-то заходит на мою страницу, кто-то находит мои письма. Я знакомлюсь с этим кто-то. За несколько дней происходят 16 тысяч сообщений. Первая встреча разочаровывает. Вторая стягивает железными ключами. Девушка поглощена своей ролью Маргариты, которую играет снова и снова. Она понимает, что я талантлив, но не понимает в чём именно и насколько. Проходит время и появляется человек из потустороннего мира, одержимый идеей быть не хуже других, спекулируя своими пороками он пытается создавать и продвигать своё творчество. Мне не известно каким образом, кроме жалости, он смог посеять сомнения в хрупком мире тогда ещё моей Маргариты. Насколько она оказалась глупа или низка оказалось неважным. Я начал писать. Я начал пытаться создать её заново. Борясь с глупостью и невежеством я создавал огромные комбинации слов, полагая, что одна из них окажется чудодейственной. Чудом мне казалось возвращение моей девушки. Я бы принял бы её любой зная лишь, что не будет сомневаться впредь. Чудом пришлось остаться мне одному. Я стал тем, кем она меня назвала. Рядом со мной она была моим бессмертием, а в разлуке она стала моим оружием. Кто она? Знаю лишь, что только с ней я пил вчера вино во сне. Было ли это вино тем самым вином, которое пил прокуратор Иудеи?

Генеральный директор правого крыла бабочки

До моего очередного отпуска остались символические, но чертовски упругие два дня. А прошлая неделя выстрелила, как винтовка. Начальник у меня смешной персонаж. Человек, надо сказать, неглупый. И что характерно, изворотливый. Я не так часто сталкиваюсь именно с этим качеством, но бывает. Его бывает трудно сразу отличить от каких-то настоящих, благородных мыслительных качеств. Изворотливость, пока она не направлена на тебя, выглядит вполне как некий интеллектуальный уровень. Когда она направлена на того, чьи интересы как-либо пересекаются с твоими, сразу становится ясно, что это именно она. Однако, есть ещё, более важный её признак, она не способна противостоять масштабным фактически существующим проблемам, особенно тем, которых нельзя обмануть или убедить в своей точке зрения. Происходит такой коллапс, между интеллектуальным уровнем структуры обладающий качествами изворотливости и, частенько, простым фактом, который как бульдозер начинает пережёвывать гусеницами попытки извернутся.

Пару дней назад произошёл тихий юбилей. Год назад я устроился на работу. Произошло много всякой херни. Очень много. Надо сказать, что устройство моё было само по себе событием достаточно неожиданным. Так странно, что я множество раз пишу о том, что все мои желания подлежат исполнению, абсолютно все, но никто из читающих эти строки не чувствует это так, как это чувствую это я. Странно жаловаться на подобное, надо менять манеру изложения. Ну дак вот, в кратце, история моего устройства такова. В этой конторе с 2003 года работает мой брат. И так как специфика его работы несколько соприкасается с моими интересами в части звука и видео, то я на братских началах поднимал его квалификацию и безвозмездно тратил очень большие объёмы времени. Спустя несколько лет такой режим работы себя исчерпал, и решил, что либо меня берут в контору официально, либо увы и ах. Произошёл увы и ах. Но это было ожидаемо и никак не сказалось на моих железобетонных увлечениях. Спустя возможно даже годы, я выслал резюме на вакансию копирайтера в эту контору. Я никогда не писал тексты на заказ, но и кормить меня не было чьим-то хобби. Так как высшего образования слава богу у меня нет, моё резюме успешно кануло в бездну. Прошли ещё пару лет. Я нашёл девушку, обнюхал её, зацеловал от пальцев до подмышек. Надо сказать, что жить с девушкой, которой наплевать, что у тебя нет работы, это адский рай. В сочетании с её отпуском и летом, это потянет на отдельный пост. Ну так вот. Клёво, когда девушка кормит тебя мороженным, но стыдно. Стыдно, когда едет с подругой в отпуск, а ты сидишь и стыдливо дрочишь. И вот, в очередной её отпуск, меня поднимает из постели полуденный телефонный звонок, на который я ложу хуй и продолжаю спать. Меня просят перезвонить и я шлю нахуй кто бы это ни был. На второй день прозвона меня всё таки вызванивают и сообщают, что хотят взять на работу в эту контору, и готовы поступиться с тем, что у меня нет корочки ВО. История вполне обычная, и пусть даже место, на которое меня звали было настолько тёплым, что его отбивал своим тёплым друзьям зам генерального директора. Мои желания исполняются порой достаточно безжалостным способом. Чтобы пропихнуть меня на это место было расформировано всё управление. Человек, чьё место я занял, ушёл проработав там всего три месяца, и был посажен туда именно тёплыми руками. А до него там работал вполне квалифицированный человек, которого уволили за то, за что можно было бы просто лишить премии максимум. В этом управлении, в этом отделе, на этом месте люди пропадали. Я писал резюме именно в этот отдел. Я хотел писать. Я работаю в этом отделе и пишу, что хочу.

В первые месяцы работы на меня взъелись и зам генерала и сам генерал, который лишил меня премии за якобы опоздание, которое на самом деле было по причине похода в больницу из-за больной спины. Я мог бы взять больничный и лежать дома. Но на мне лежала подготовка отчёта генерального директора на совете директоров, и я решил продолжать работать. И как часто это бывает в нашей стране, инициатива наказуема. Мне было чертовски обидно. Начальник мой наложил в штаны и не стал упоминать моей спины, хотя я даже прошёл серию из двух десятков уколов в жопу в конторском медпункте. Как-то на очередной планёрке, я с язвой предположил, что будет, если на наших генералов всплывёт какое-нить гавно. Начальник тогда, проявил чудеса изворотливости, и с высоты прожитых лет без тени сомнения сказал, что в любом в случае будут виноваты я да мы с тобой. Прошло пару месяцев. Спина ещё болит. В текст речи Путина закрадывается фамилия человека, подписавшего приказ о лишении меня премии. Путин читает, сам не знает, что читает. Выстрел. Полномочия на груди сложены. Занавес.

Когда мегабайты уже не так радуют

Завтра пробъёт ёбнутый колокол судьбы. Мне перевалит за третий десяток. Странное немного ощущение. Раньше стареть было проще. Когда была девушка, которую считал своей женой, было куда спокойнее, а честно говоря просто похуй на возраст. Мне казалось вот ещё пару поворотов и я выйду на прямую, когда меня не будут напрягать мысли о семье, о детях. Мне казалось, что я вытянул счастливый билет из пустой шапки, и наебал судьбу. Есть интересный момент. День рождения для меня давно стал днём моей травли. Никогда нет действительно близких людей, близких душой. Все кто есть пытаются имитировать радость глупыми шутками о возрасте, полагая, что это охуенная такая неизведанная никем тема для юмора. Дело совсем не в возрасте. Ещё вчера мне было 19, и я знал всё наперёд. А сейчас мне уже даже не 29 и трижды разочаровался в людях, да и своим слабостям не всегда рад.

Есть одна вещь, которую я знал в 19, и что произошло в точности как я тогда думал. Я не изменился. У меня по прежнему всё получается. И всё так же есть вдохновение. Оно стало не такое прыткое как в юности, но куда более эмоционально увесистее.

Моё писательское - вдохновение тенденция относительно свежая. Не стоит себя обманывать оно питается одиночеством. Но и приуменьшать его метаболизм тоже не стоит. То что выходит из заднего прохода кроличьей норы, получается гораздо интереснее того, что мне кажется я хочу написать. Так происходит всегда, без исключений, без влияния настроения. И чем более оно угнетённое, чем я больше эмоционально истерзан, чем сильнее врезаются в эту мерзкую плоть пустоты мои 33 зуба. Это безусловно меня лечит, и во многом, совершенствует меня минуя глубокие травмы. И если это эскапизм, хотя я сам так не думаю, то это охуенный эскапизм.

Чтобы быть точным, на данный момент, я чувствую, что могу сеть и написать книгу просто не вставая. Вполне возможно, это будет хуёвая книга, полная обличения, самоуверенности манипуляции затёртыми истинами, но я и не сажусь писать её, просто потому, что мне самому такая книга не всралась. Я знаю, что мне помогут выбрать хорошую идею, и помогут её зафиксировать. Мне не нужна злоба, не нужно отчаянье, вся эта беспомощность. Я действительно благодарен за тот опыт, который мне даётся. Я лишь не хочу уходить в минус по кельвину. Я не хочу видеть в людях такую безбрежную ложь с ветрами чужих мечт. Не хочу петь этому песни.

Звон на абстиненции искренности

Сейчас 9 минут пятого утра, 22 июля 2012 года. Я проснулся 15 минут назад. Из всех снов это короткой, полторачасовой ночи я запомнил лишь один. Моя девушка уже давненько не появлялась в сети, поэтому пишу сразу сюда, хотя ей бы этот сон был бы, безусловно, интересен.

Это был сон во сне, и по опыту скажу, они кажутся наиболее реальными из-за того, что во сне ты думаешь, что уже проснулся, а это всё ещё сон. Я проснулся во сне, проснулся в своей комнате, практически полностью лишённую света. Сейчас точно уже не могу вспомнить, что меня разбудило, но похоже это был какой-то громкий звук. Или звук упавшей вещи в комнате, или возможно, какой-то скрежет.

Я проснулся во сне с ощущением того, что в моей комнате до сих пор живут мои брат и сестра, как это было в детстве. И как будто бы они вышли посмотреть, что случилось. А я встал и попытался включить свет, но свет не включался. К этому моменту уже пришло уже знакомое чувство чертовщины. Знакомое-то знакомое, но к этой дикости привыкнуть не удаётся. Я видел, что электричество в комнате есть, горели лампочки удлинителей, но лампы не слушались этого электричества, и я уже понимал, что это за сон.

Во сне я начал объяснять себе, что вижу, и с чем это может быть связано. В комнате началась активность, сгустки сил кружились надо мной. В какой-то момент, мне показалось что ко мне подошёл мой кот, и начал дышать мне в ухо, но звук создаваемый его дыханием скорее напоминал ураган. Из-за его ошеломительной громкости, которую слышал только я, я перестал слышать себя, и не только слышать но и способность двигаться. Я чувствовал позу в которой сплю в реальности, и она была не слишком удобна. Но и проснуться я пока не мог. Я начал звать на помощь брата, который как мне казалось ещё неподалёку. Он отзывался, голос его казался спокойным, хотя и еле разборчивым на фоне дыхания потусторонней силы. Брат не торопился мне на помощь, и к моменту его появления я уже понял, что это было испытанием. Кто-то хотел меня проверить в этой, моей альтернативной комнате, практически лишённой мебели. Брат улыбался, а я начал ему рассказывать, что с мой только что произошло. Я начал с того, что во мне есть нечто, чего нет больше ни у кого в нашей семье. Что существуют связь, между Булгаковым и мной, и тот, кто ко мне только что приходил был никто иной как Воланд. И как только я произнёс это имя, я  мгновенно открыл глаза и увидел свою настоящую комнату. объятую предрассветным полумраком. Несколько минут я спокойно лежал, выпрямившись из этой неудобной позы. Потом мне в голову пришла идея посмотреть на часы, было без 5 минут 4 утра. Засыпать сразу мне не очень то хотелось, чувство контакта с тёмными силами ещё бродило во мне. Какое-то время я думал, что просто полежу, пытаясь запомнить увиденное с максимальной детальностью, я всё же решил, что возьму ноутбук и запишу всё, что помню, что пока ещё помню.

Создалось впечатление, что меня снова посетил Воланд. По всей видимости, он хотел, чтобы я назвал своё имя, и его. Я действительно назвал себя мастером во сне. А после слова Воланд я всплыл из сна как поплавок. В реальности, я не могу сказать, что меня сильно занимает тема произведения Булгакова. Но по всей видимости, всё это ожило где-то с другой стороны во мне, под общим вдохновением, из-за которого я действительно чувствую себя необычно уже достаточно долгое время. На кануне, в городе разыгралась необычайное жаркое лето. Жара стоит ещё с мая. Вчера вечером, вспомнив что-то из Мастера и Маргариты я нашёл в сети и вставил в свой статус слова "Небывалая жара в момент его появления - один из традиционных признаков приближения нечистой силы". Мне просто понравились и слова, и задумка. Они выглядят вполне логично, жара заставляет всё оживать, даже неживую природу. Весь вечер гремела гроза, которую я записал на видео. Я не припомню такой грозы в нашей местности. Да и лета такого жаркого не было. Вечером я шёл в магазин и из магазина с полным чувством счастья, основанном на какой-то простой уверенности, что всё идёт как надо. Вокруг было полно огней, и небо было залито уходящим солнцем, самого которого уже не было видно. И лишь множества грозовых туч были раскрашены в багровые градиентные цвета.

Очень скучаю по своей девушке, чего не скрывал и не планирую. Но в дни как этот, я понимаю, что возможно по другому быть не может. Я слишком желаю ей счастья, я слишком хочу, чтобы всё встало на свои места. Однажды, она захотела узнать настоящую любовь. Она так переживала, что её привязанность ко мне, это всё та же жалость, которая держала её то с тем, то с другим. Если её желание искреннее, она получит то, чего пожелала. Она знает, кто я, и что способен оживить. Руки мои никогда не знали пределов этого мира, и выхватывал жизнь с необычайной лёгкостью, будто бы передвигаясь пробежкой то по эпохам, то наукам, преодолевая огромные расстояния лёгкими прикосновениями.

P.S. А ещё на кануне вечером, я вдруг решил помыть крышку отцовой печатной машинки, которую недавно вытащил из завала в кладовке сестры.

Не душой баба, а телом любит

Всё никак не начну короткий обзор фрагментов из "Жизни Клима Самгина" by Максим Горький. И хотя я уже досмотрел сериал полностью, и даже мне уже стало ясно, что роман не закончен. Начну я, пожалуй не по порядку, чтобы было легче с близкой темы. А именно, немного пиздастрадания.

Так вот Горький оказался знатоком человеческих душ. В некотором роде он действительно мастер. По ходу романа ему удалось таки остаться вне его, быть одинаково справедливым ко всем персонажам, не примешивая свою точку зрения.

Одна из самых крутых линий в романе, это женская линия. Горькому удалось обнажить не мало женских секретов, о которых даже сами обладательницы биологического чуда никогда не догадывались, а лишь слепо служили им.

Вот взять девушку в кадре этого фрагмента. Это проститутка, которой платила мать Клима для того, чтобы она ввела его во взрослую жизнь. Вроде бы, ничего особого. Продажная девка, вскружившая голову многим, но так и не нашедшая своего. Однако, этот казалось бы падший ангел вполне естественно говорит от лица всех женщин. И с её словами не поспоришь. Подлость и хитрость среди женщин совсем не секрет. Бывают, безусловно, исключения, но это лишь подчёркивает ту повсеместность, которая заполнена героинями "Давай поженимся", которые сплошь за любовь с отдельной жилплощадью. Честно говоря, я не питаю симпатии к этому аспекту женского поведения. Если у Горького это оформлено художественно, то столкнувший лично с существом, которое оправдывает своё говно тем, что срут все, я честно говоря, просто не узнал, не поверил, что такую хуету мог сказать человек, которому я открывал сердце. Дело даже не в том, что было мерзко слышать от бабы, которой вполне по силам раздвинуть ноги перед изворотливым и убогим дегенератом в момент, когда на другом конце города её ждут и готовят ей ужин. А в том, что слова её настолько глупы, что в тот момент я просто ахнул. "Все бабы суки, твари, кроме трёх, которых я знаю". Это примерно те слова, которыми она вероятно хотела меня просветить, а то же я не знал. Я вот не знаю, как описать то, что я почувствовал, но попробую. Представьте, что ваша девушка забеременела, вы ждёте и радуетесь. Все 9 месяцев вы сдаёте кучу анализов и все они просто замечательны. Мама здорова, и ребёнок по всей видимости крепыш. И вот подходит срок рожать. Всё идёт замечательно и вот ребёнок появляется на свет. Проходит мгновение и врач вам говорит, что ваш ребёнок родился с серьёзным умственным отклонением... Вот что я почувствовал от этих слов своей бывшей девушки. Отчаянье. Мне было уже абсолютно неважно, что он совершил. Я просто не мог сопоставить, что такие примитивные ценности могли извергнуться из некогда прекраснейших губ. Я ебанулся от горечи. Конечно, это противно, когда человек начинает оправдываться упоминая остальных. А тут ещё был пример "трёх". Пиздец. Сейчас то уже смешно, но тогда, это был сюрреализм. Я тогда сразу подумал, ну если у тебя ещё и  исключения есть, почему бы самой тебе дорогая моя не перестать вилять пиздой, как бы в знак солидарности?..

Вообще, я никогда не оскорблял человека ради оскорбления. Должна быть какая-то польза. Но в случае с моей девушкой это вообще имело нулевой эффект, а может даже и обратный. Совесть её всегда работала для её "выгоды". Ей комфортней с тем, кому она меньше солгала. Причём, тут речь может идти даже о полностью незнакомых людях. Новые знакомства и тому подобное. И надо сказать, я сразу почувствовал, что дело не в её характере или привычках. Горько признавать, что тебя разлучает болезнь. И не менее горько принимать то, что то, что сблизило тоже во многом благодаря болезни. Болезни в той или иной форме этой подвержены множества из большинства. И Горький выглядит просто поэтом, воспитывающим эти судороги.

Истерическое расстройство личности. Звучит удручающе. Это, конечно, совсем не приговор, особенно для трижды больных. Все мы чем-то больны. И мои переживания за это существо вполне подпадают под какой-нибудь диагноз. Всё это мало важно. Важно то, что я мог спасти, ухватить человека за руку, потому что сам он себе не в силах помочь. И если бог сейчас в эфире, то он в курсе того, что теперь мы оба знаем достаточно. И надо бы остановить расправу, которую я остановить не захотел. Сейчас так сложно судить, было ли это ошибкой, слабостью или силой. Я вроде бы выгнал человека, который вроде бы сбежал. Оставлять его рядом силой смысла не имело, он распадался на части от лжи. Но и отпускать его к дегенерату нельзя было. И что удивительно, принято считать, что взмах бабочки меняет всю Вселенную. Однако, я приложив громадное количество сил, в ответ получил лишь странное облако из туманных поступков. Бесследно мои действия не могли пройти. Почти вся их часть хранится в голове у человека. Оживут ли они там, станут ли какой-нибудь сывороткой... Бог, необходимо твоё прикосновение.

Фантомная боль отрубленных крыльев

В голове гуляют обрывки мыслей, которые никак не удаётся оформить. И этот факт меня напрягает сильнее, чем сами эти обрывки мыслей. Правда, время от время, из этих обрывков возникают дурацские сны, с таким потусторонним ощущением. В след за этим ощущением из моей головы выветриваются и сны, и мысли, которые часто помогают связать обрывки воедино. Тонкие материи бывают чрезвычайно тонки, и в реальности уже малоуловимы. Сила сна, сила бессознательной искренности способна их оформить, разукрасить и оживить. А реальность часто суха и обладает излишним антисептическим действием. И солнечный свет слишком обезболивает до глупой улыбки.

Я насыпал груду слов про сны с моей девушкой. Тому механизму, который создаёт эти сны, особо нет дела то того, что девушка уже бывшая, и возможно даже не была моей. Он продолжает выдавать объёмные структуры информации, некоторые из которых легко могут быть полнометражно экранизированы. Картинка, безусловно, деградирует, просто потому что я не видел человека уже долгое время. Как бы широка ни была моя улыбка от свободы от обмана, я переживаю за человека из снов. И видимо, страсть, которая у меня была к нему, всего лишь результат, а не причина.

Силы моей фантазии и памяти вполне достаточно, чтобы на секунды оживить воспоминания. И я вижу как человек заходит в комнату, подходит ко мне и начинает говорить о какой-нибудь каквсегдашней чепухе. Всё выглядит вполне на уровне музыкального клипа середины 90х годов. Есть в моей памяти и куда более интеллигентное счастье, с красивыми словами и страстью замершего взгляда. Я не знаю, на какую полку его положить. Пока в руках оно живо.

Счастье страшно своим созерцанием со стороны. Я слишком увлекаюсь точностью своих мыслей, уповая на законы природы, которые всё же не способен удерживать в своей голове. Я способен воссоздать человека во сне, но оказался не способен предостеречь его от игры с чужой ролью в жизни. Это вполне серьёзная огреха моего существа. Принято считать, что судьба каждого только в его руках. Это ложь, и я это знаю, но часто притворяюсь, что не знаю. Кое-кто из моих друзей или людей близких мне уже отдали свои жизни в пределах угла моего зрения. Наверно, пора брать ответственность за свои знания об устройстве мира. Отказ от доверия, которое, надо сказать, всегда даётся свыше, чреват даже смертями. Вот такая библейская история.

Третий из которых я

Порой так необычно быть собой. Долгие годы пытаешься быть малопримечательным, обычным человеком. При малейших усилиях в этом направлении возникают огромные преграды. Из чего можно сделать вывод, что передвигаешься в чём-то вроде туннеля между измерениями. Вероятность большинства событий вокруг можно примерно определить, но всегда происходят вещи, вероятность которых ниже, а как правило значительно ниже. Последствия этих вещей невозможны для определения. Божественное вмешательство всегда работает чисто.

В течении нескольких лет я искал фильмы, которые видел в детстве. В моей памяти остались всего лишь несколько кадров и общая суть. К текущему моменту, я нашёл все, которые смог вспомнить. Нашёл я их практически один за другим. Лет пять назад найти мне их не удавалось, а за последние месяцы я находил их в течении минут после начала поиска. Какие-то просто подались сразу, без поиска. Это конечно, веяние времени, что всё можно найти. Но, тут важнее то, что я всё таки нашёл, что искал. Во многом, для меня это важно тем, что это части меня. Нечто, что говорит о том, что я не рассеян по ветру времени.

Мне так хочется описать своё мироощущение, но сделать это не просто. Я чувствую, что информация сильно деградирует покидая пределы моего сознания. Из-за попытки взгляда на себя она теряет чистоту. Изначально чувства кажутся несложными и вполне обычными, но как только я бужу их самым ничтожным импульсом, для того чтобы извлечь суть, моё сознание вспыхивает как гирлянда, и возникают множества связанных узлов, важность которых неопределённо высока. Я пытаюсь разграничивать их, и давать им по абзацу, чтобы в последнем они слились во едино. Наверно, это самый естественный путь, потому что я обнаружил его уже существующим в моём письме.

Долгие годы превращения в обычного человека ни к чему не привели. Я ощущаю себя частью бесконечного. Я не перестаю чувствовать будущее. Я перестал подвергать сомнению, что всё что я говорю даже в себе, не остаётся без внимания. Всё это меня никогда не беспокоило, но привыкнуть к этому не получается. Этот механизм превосходит мой текущий уровень понимания, и поэтому выглядит для меня некой чёрной коробкой, смысла ждать действий которой нет, потому что она оперирует событиями внедрёнными до момента, когда событие сопрягается с необходимостью ему произойти. Внедрение происходит многоуровневыми последовательностями, которые уходят в тупики «случайностей». Стоит отметить, что этому механизму нельзя приписать свойства «судьбы». Он скорее склонен исправлять мои, в частности, ошибки, которые замыливают мою сущность, которые становятся частью меня и требуют «хирургического вмешательства». И отметить это стоило потому, что иначе жизнь в «коридоре», где тебя слушают и исполняют желания звучала бы бредом.

С этой силой так просто и одновременно сложно общаться. Она так внимательна ко мне. Но и не менее беспощадна. Чуть почуяв искренность в моих словах, где-то, возможно за тысячи миль она начинает их исполнение ещё до того, как я поставлю точку в предложении. Она неосторожно дала мне возможность чувствовать её, понимать. Хотя это знание даёт мне ощущение покоя.

Так жалко, что не получается, а может быть и никогда не получиться выйти с ней на прямой диалог. Это наверно так же не возможно, как и оживление моего отца, в нужде которого я провёл всю жизнь. Слово «отец» для меня абсолютно пустое. Слово, которое вполне вероятно заставляет меня всю жизнь что-то искать, наверное, его смысл.

Вопрос, какая связь между этой силой и творчеством, наверно самый уместный из всех. Уж слишком сильна эта связь. Ещё вчера я сравнил двух писателей, одного реалиста, публиковавшего работы под псевдонимом Горький, и мистика с сокрушительно настоящей фамилией Булгаков. А ведь, как оказывается, существует версия, что в образ Мастера Булгаков вложил немало Горького, с его размышлениями о Боге и смерти через отравление, того самого отравления, посредством которого и был убит мой отец в возрасте 33 лет, оставивший мать с тремя детьми, третий из которых я.